old_hobo (vlad_smyrnov) wrote,
old_hobo
vlad_smyrnov

Кхам: Маниганго, Деге, Ганьцзы, Тагон.

С момента моего приезда в Мачин и до въезда в Кхам прошло всего две недели, но по внутренним ощущениям я пробыл в Тибете уже месяца два. При этом меня не покидало чувство, что события, описанные выше, происходили не со мной, а с каким-то литературным героем. Вообще путешествие сродни чтению книг: и в том, и в другом случае проживаешь много жизней, узнаёшь десятки историй, которыми хочется поделиться. Картины Тибета менялись перед моими глазами: что-то меня удивляло, что-то разочаровывало, с чем-то соглашался, чего-то не понимал.

Из Сершу в Маниганго я добрался на микроавтобусе. Переход от Амдо к Кхаму произошел плавно: ехали через бескрайние степи с кочевниками и стадами яков, потом очередной перевал – и быт людей, природа начали постепенно меняться. Склоны покрылись деревьями, изменились рельеф, дома, одежда, по дороге встречалось всё больше поселений оседлых тибетцев. Впоследствии я увидел, что Кхам – весьма разнообразен, как с точки зрения ландшафтов, так и культуры. Описать его в одном ключе, как Амдо, не получится. Это и высокогорные степи – точь в точь окрестности городка Мадо, и поросшие лесом скалистые горы; быстрые реки и озёра, при виде которых даже у людей, чьи уши нещадно  истоптаны медведем, души начинают петь чистыми голосами без фальши; бревенчатые избы, почти как в России и каменные дома-крепости; кочевники и земледельцы; а наряды... о традиционных костюмах Кхама можно написать не один том исследований, ведь в каждом районе, за каждым новым перевалом местные жители изощряются в изготовлении своих вариантов одежды, головных уборов, украшений, поясов. В искусстве ношения аксессуаров тибетцы могут дать фору любому другому народу.

Если Амдо – это воплощение мужского начала, то Кхам – женского. Эта земля красива и плодородна, погода – изменчива, простота уступает место загадке. Еще одна особенность Кхама: чем дальше на восток и юг региона, тем сильнее ощущается влияние китайской культуры на тибетскую. Поэтому где-нибудь в Шангри Ла в гестхаусе вам уже не предложат термос с горячей водой, а в ресторане скорее всего подадут блюда китайской кухни.

Ну да вернёмся к Маниганго (3800 м).  В этот ничем непримечательный городок я приехал ради высокогорного озера Ильхун Лха-тсо, которое находится в двенадцати километрах от поселения.
озеро Ильхун Лха-тсо
Ходил на озеро два дня, всё ждал погоды, но солнце выходило редко, и почти всё время шел дождь. Когда начинался сильный ливень, я заходил в домик на берегу к одному тибетцу, похожему на пухлую добрую тётушку, который угощал меня чаем с молоком и цампой (это обжаренная ячменная мука, которую сам месишь в чашке с маслом яка и горячей водой), а на второй день даже накормил строганиной из яка (оказывается, в Тибете и такое едят).
.

В Маниганго я встретил молодую пару, чеха и француженку, которые почти год путешествовали по Азии по маршруту Турция-Иран-Пакистан-Индия-Непал-Китай. По Тибету они передвигались на велосипедах, много улыбались, выглядели наивными и счастливыми. Вечером мы зашли в ресторан, заказали мо-мо и начали традиционный путешественнический разговор о том, о сём. И тут выяснилось, что чех – лютый русофоб с обычным набором аргументов и претензий: Путин – зло, сочинская олимпиада – пыль в глаза, вам придётся ответить за малазийский боинг, русские солдаты едят украинских детей. Пытаюсь разобраться в причинах ненависти – оказывается, он не может простить нам пражскую весну 1968 года, а ещё то, что, когда он путешествовал по России в 90-е годы, милиционеры в поезде сбили с него 10 долларов за неправильно заполненную миграционную карту или какую-то другую бумажку. В тот момент от него исходила такая злоба, что, казалось, скоро она грязной водой заполнит весь ресторан. Мне стало противно.  Я сказал, что не намерен обсуждать с ним мою родину, и предложил есть молча, чтобы не спровоцировать тибетское лето 2015. А вокруг нашего столика всё крутилась хозяйка заведения, чувствовавшая напряжения в воздухе, но ошибочно принимавшая его на свой счет.

Дальше мой путь лежал в Деге (3270 м), городишко на границе с тибетским автономным округом. Добраться туда из Маниганго можно через перевал Чо Ла (5050 м).
Перевал Чо Ла

Перевал Чо Ла
Машины здесь проезжают нечасто, воздух чистый и разряженный. Теперь добавьте к этому сногсшибательные виды, и вы поймёте, почему, планируя пробыть на Чо Ла пару часов, я провел там целый день, и только вечером отправился в Деге. Дорога бежала через узкую долину вдоль реки. Склоны гор, покрытые хвойным лесом, деревянные дома, смахивающие на русские избы – всё это напоминало мне район деревни Читкул в штате Химачал Прадеш, Индия. Если же свернуть с основной дороги и углубиться в горы, то вообще попадаешь в сказку: посёлки здесь очень напоминают Дюрсо.

Сам Деге  – самый непрезентабельный тибетский город, который я видел. Сплошная стройка, пыль, цемент, ну и грязно очень. Сюда можно заехать только с одной целью: посмотреть, как в монастырь Бакун до сих пор вручную печатают тексты. Два человека сидят друг напротив друга – один намазывает краской табличку, второй кладёт бумагу и проводит валиком. Проделывают они это чрезвычайно быстро, за минуту я насчитал 15 листов.

Из Деге я поехал в г. Ганзи (3400 м). Город мне ничем не запомнился, но вот деревушки в сторону Маниканго очень красивые. Они ютятся у подножья высоченного, местами заснеженного хребта.
.
Дома в этой части Кхама строят глиняные, двухэтажные, вокруг каждого дома огород, на котором возделывают картошку и ячмень.
Тибетка в поле

Тибетка в поле
Картошка цветёт, ячмень колосится, в округе чрезвычайно чисто, и к каждому посёлку от трассы ведёт неширокая бетонная дорога. Селения по  духу напоминают зажиточные украинские деревни в старые добрые времена.

По дороге в один из посёлков мне встретился странствующий учитель. Он сидел недалеко от шоссе, люди останавливались и подходили к нему за благословением. Мне он больше напомнил индуса, чем тибетца.
Странствующий учитель

В окрестностях Ганзи я побывал в двух монастырях. В первый забрёл случайно. Как раз было время обеда, и меня пригласили разделить трапезу. Правда, монастырь оказался женский, но об этом я узнал, только когда в столовую забежала толпа смеющихся монахинь. Они обступили меня и стали задавать наперебой какие-то вопросы и просто рассматривать. В общем, славно мы тогда посидели.

А на следующий день я побывал в мужском монастыре.
.

.
У них как раз проходила репетиция танцев. Движения плавные, парящие.
.
Танцуют в группах по несколько человек под барабан.
.
В какой-то момент учитель, немолодой монах, решил сам показать, как надо двигаться. Когда зазвучал барабан, учитель начал танцевать;  он то летал над землёй, будто птица, то мягко ступал по земле, словно хищник. Завораживающая пластика. Этот танец, пожалуй, одно из моих самых сильных впечатлений от Тибета. До сих пор, когда вспоминаю, по спине пробегают мурашки.

В Ганзи я бы с удовольствием пробыл ещё несколько дней, но начался продолжительный ливень, и я уехал на восток Кхама, в посёлок Тагон (3700 м), место, безусловно, интересное и красивое, но меня, после всего виденного до этого, не впечатлившее. Скажем так, в окрестностях Тагона можно познакомиться с Тибетом, если вы путешествуете по Китаю, и не планируете двигаться дальше на запад, вглубь высокогорья. До Тагона несложно добраться из столицы Сычуани г. Ченду, поэтому здесь встречается очень много европейцев и американцев, а так же израильтян. А ещё толпами ходят китайские туристы. От всей этой суеты я сбежал в окрестные деревни, где жизнь течёт размеренно, как и сто лет назад, и побродил по холмам, с которых открывается вид на семитысячник.
.

.

Ну и как же без встреч. В Тагоне я познакомился с чехом Максом, который год назад открыл здесь гестхаус и ресторан. Макс похож на Гарри Потера, носит широкополую шляпу, и все работницы-тибетки от него без ума. Он показывал мне чешские раритетные карты 18-19 вв., а говорили мы, соскучившись каждый по своему родному языку, на русско-чешско-английском суржике.

 Дальше мой путь лежал на юг региона Кхам. За первый месяц путешествия я износил пару кроссовок и совсем позабыл, что существуют дни недели и даты. Моя спина сроднилась с рюкзаком, ноги с утра до вечера топтали пыльные тибетские тракты, а душа не уставала удивляться увиденному. Попадая в тихие гавани тибетских селений, я выдерживал не более трёх дней, а затем мне хотелось двигаться дальше, и в самом движении я находил не меньше смысла, чем в новых местах и знакомствах.

Продолжение следует
Tags: Ганьцзы, Деге, Китай, Кхам, Маниганго, Тагон, Тибет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments